|
После каждого боя экипаж Наумова посылал письма — домой и знакомым. Вести от родных читали сообща. Вместе изучали и сводки Совинформбюро, газеты. Когда удавалось — слушали песни Смирнова. Подтягивали ему, как умели, вспоминая родные места. Наумов видел в такие минуты ярославский Кремль и Волгу, Смирнов — знойную Астрахань и теплое Каспийское море. Перед мысленным взором Норицина проплывали милые архангельские улицы, красавица Двина, льды Белого моря. Вялых различал в мелодиях соловьиные трели, словно воочию любовался бело-розовой кипенью цветущих курских садов.
И конечно, мечтали и говорили о победе. Отсюда, с Донского фронта, из-под Сталинграда, она казалась не такой уж и далекой. Представляли, как пойдут дальше, освобождая родную землю, как вызволят из беды поляков, чехов, словаков, как в пух и прах разобьют кровавую гитлеровскую империю.
Широкая, отзывчивая Душа у русского человека! В лихую годину он не забывает о горе других, в радости старается, чтобы ее познали как можно больше людей на земле.
О немцах тоже говорили. Упрямо не соглашались с тем, что народ, давший миру Маркса, Энгельса, Либкнехта, Тельмана, целиком заражен бациллами нацизма.
Далеко смотрели танкисты от приволжских степей.
И все четверо все чаще и чаще задумывались о вступлении в семью коммунистов. Наумов и Вялых были комсомольцами, советовались, кто может рекомендовать их в партию.
Вот так и жил экипаж Наумова. Бой — короткий отдых — бой — песни — разговоры и письма. И снова бой.
21 января танковая бригада Якубовского атаковала позиции противника на подступах к населенному пункту Новая Надежда. Опять активно действовала наша артиллерия. Опять неистовствовали пушки и минометы врага. Тяжелые танки прокладывали путь всей бригаде. Машина Наумова давила и расстреливала огневые точки и блиндажи, врезалась в толпы отходящих гитлеровских солдат и офицеров. Уже у самого села случилось несчастье: в KB угодил тяжелый снаряд.
Наумов сообщил командиру батальона по радио: «Потеряли ход. Двигаться не можем. Немцы атакуют большими силами. Ведем бой с места».
Бригада трижды пыталась пробиться к танку Наумова, но безуспешно.
Вскоре батальон принял от осажденного экипажа новую радиограмму: «Израсходовали вес боеприпасы. Уничтожено до ста гитлеровцев. Сейчас они подкатывают к машине какие-то бочки. Погибнем, но не сдадимся. Прощайте, товарищи! Да здравствует Родина! Да здравствует Победа! Алексей Наумов, Павел Смирнов, Петр Норицин, Николай Вялых, Феодосии Гаиус».
Это была их последняя радиограмма.
| 
