|
Фронт откатывался на восток, к Смоленщине. В середине июля сорок первого года запылали ее деревни и села. По шоссейным и проселочным дорогам, поднимая клубы пыли, бесконечными потоками растекались толпы беженцев, обозы, гурты скота. Следом отходили части Красной Армии. Бойцы и командиры отстаивали свои позиции до последней возможности, поднимались в яростные контратаки.
И все же фашисты наступали. Враг был силен, опытен.
Но чем дальше на восток, тем медленней и затруднительней становилось продвижение гитлеровцев. Завязалось знаменитое Смоленское сражение. В огне боев Смоленского сражения советские войска сорвали планы врага, рассчитанные на безостановочное движение к Москве, на одновременное наступление на всех стратегических направлениях, на свободное маневрирование силами...
Командир второго батальона 14-го мотострелкового полка старший лейтенант Николай Миронович Чепурной был среди тех, кто своим мужеством и стойкостью сдерживал бешеный натиск фашистских войск. Больше недели бойцы этого батальона беспрерывно и яростно дрались с наступавшим врагом. Они дрались с гитлеровцами у сел Черногостье и Тельцы, за деревню Вороны под Витебском, потом за Лиозно. Личный состав батальона в этих боях с честью выдерживал испытание огнем и металлом. Красноармейцы во главе со своим комбатом врывались в занятые противником населенные пункты, забрасывали гранатами и бутылками с горючей смесью вражеские танки, жгли автомашины, истребляли живую силу.
Немало бойцов потерял батальон за это время. Много оказалось и раненых. Сам комбат был трижды ранен, к счастью, не тяжело, но он потерял много крови, ослаб.
15 июля севернее деревни Большие Сутоки, недалеко от лесного массива, над батальоном нависла смертельная опасность: навстречу, развернувшись, двигались вражеские танки и мотоциклисты. Занять оборону? Не успеть, сомнут танками...
И тогда старший лейтенант Чепурной принимает решение: отвести бойцов в ближайший лес. Последовала команда — и батальон устремился к лесной чаще. Немецкие танки остановились, осыпая красноармейцев снарядами. Мотоциклисты устремились в погоню. Это были страшные минуты. В рядах наших воинов рвались снаряды, сзади строчили пулеметы. Падали убитые, раненые. Раненых не бросали, подхватывали на руки и спешно, бегом уносили в лес. Осколками снарядов еще три раза был ранен комбат. Но он продолжал управлять действиями батальона, и лишь когда все красноармейцы укрылись в лесу, разрешил фельдшеру наложить на раны бинты.
Немецкие мотоциклисты остановились на опушке, постреляли в лесную чащу. Решив, что батальон рассеян, что советские солдаты в панике разбежались, они намеревались возвратиться к танкам. И в это время загремело «Ура!». Из леса появились цепи красноармейцев. Впереди с винтовкой наперевес бежал старший лейтенант Н. М. Чепурной. Это он организовал и возглавил атаку. Загремели разрывы гранат, в ход пошли штыки и приклады.
Схватка продолжалась недолго. На опушке леса осталось лежать около сотни убитых и раненых гитлеровцев, десятки искореженных мотоциклов.
Эти июльские дни запомнились комбату. Раскаленное солнце. Ни тучки, ни облачка. Душно от дыма, гари и жары. На зубах песок. Нестерпимая жажда. Усталость. И раны, кровоточащие, обжигающие нестерпимой болью...
Командование полка предложило старшему лейтенанту Чепурному отправиться в госпиталь. Отказался наотрез. Командование не настаивало: обстановка была тяжелой, крайне напряженной, а комбат личным примером, отвагой и умелыми действиями воодушевлял красноармейцев, вселял в них чувство уверенности в свои силы, в победу над гитлеровцами.
|
