|
При обстреле стойко держались часовые караула
При обстреле стойко держались часовые караула. Выполняя воинскую присягу, четверо из них погибли, несколько человек получили ранения. Это были наши первые жертвы. С воинскими почестями хоронили мы своих товарищей, дав клятву отомстить врагу за их гибель.
...Враг продолжал рваться в Одессу. Усилились обстрел и бомбежка города. В 12—15 километрах к западу от города, в районе села Татарка и Болгарских хуторов, противник, получивший свежее пополнение, готовился к новому наступлению, В ночь на 5 октября мы заняли огневую позицию на северной окраине Татарки. В те дни линия фронта перед Одессой не была сплошной, не исключалась опасность просачивания противника в расположение наших войск. Чтобы не оказаться застигнутыми врасплох, бойцы вырыли окопы около машин, а пулеметный взвод под командованием молодого офицера Михайлеца со своими тяжелыми пулеметами скрытно расположился па флангах.
Под утро пошел нудный мелкий дождь, над селом повис легкий туман — все это хорошо маскировало нашу позицию. Но вскоре ветер разогнал тучи, туман растаял. Появился немецкий разведывательный самолет. Спустя несколько минут на огневой позиции стали рваться первые снаряды противника. Я доложил на КП. Приказ был категоричен; «Стоять!»
Обстрел тем временем усилился. Разбило радиоустановку, нарушилась телефонная связь. Положение осложнялось, а команды открыть огонь не поступало. Над нами повисли три самолета-бомбардировщика. Чувствуя безнаказанность, они для большей точности в бомбометании спускались совсем низко.
Заговорили наши хороню замаскированные крупнокалиберные пулеметы. Удачно! Один самолет накренился, на его корпусе заплясали языки пламени, и, окутываясь черным дымом, он рухнул на землю. Два других, беспорядочно сбросив свой бомбовый груз, скрылись в облаках. Наконец получен приказ: «Огонь!». С какой же злостью был дан этот залп! В небо взметнулись сотни ракет.
Содрогалась земля от взрывающихся боеприпасов, пламя поглотило все живое. А 6 октября, поздно вечером, Военный совет пригласил к себе всех командиров и комиссаров частей и ознакомил их с решением Ставки об эвакуации Одессы, о порядке вывода воинских подразделений с позиций. Удрученные, расходились люди с этого совещания. Однако бои за город не утихали, а становились все ожесточеннее. Линия фронта отстояла от центра города на 10—18 километров. Она образовала 70-километровую дугу, опиравшуюся своими концами па Черноморское побережье к югу и к востоку от города.
|
