|
ВО ИМЯ ЖИЗНИ НА ЗЕМЛЕ
Два года моей фронтовой биографии были связаны с 4-м гвардейским минометным полком, сформированным в августе 1941 года под Москвой. Возглавлял полк майор А. И. Нестереико — требовательный к себе и к подчиненным командир, уже познавший всю тяжесть войны, заслуживший не одну боевую награду.
В то же время ему были свойственны скромность и даже застенчивость. Мы стали друзьями. Я был комиссаром полка. Боевая история нашего полка началась на Украине, под Полтавой, куда полк прибыл из Москвы своим ходом, совершив почти тысячекилометровый форсированный марш. 38-я армия, которой придавался полк, с кровопролитными боями выходила из окружения, занимая новые оборонительные рубежи.
 22 сентября 1941 года мы вышли в район Диканьки поддерживать измотанную в боях 14-ю кавалерийскую дивизию, которой командовал генерал В. Д. Крючем-кии. Дивизионы заняли боевые порядки. Командиры с разведчиками и связистами находились на наблюдательных пунктах. На переднем крае обороны врага скапливались танковые, кавалерийские и пехотные части. Наши командиры и разведчики засекли сосредоточение фашистов и урочище Переруб и на хуторах западнее леса. Противник не маскировался. Мы видели, как солдаты режут селянский скот и птицу, трапезничают. До нашего слуха доносились рев моторов и музыка.
Утром 25 сентября вражеский лагерь зашевелился, как пчелиный улей. Командир полка отдал приказ о боевой готовности и запросил у начальника опергруппы разрешение открыть огонь. Противник уже закапчивал подготовку к атаке. Позвоннли из штаба фронта и потребовали не предпринимать ничего, ждать приезда командующего, маршала С. К. Тимошенко. А над нами уже появилась «рама». Значит, скоро фашисты начнут огневой налет, Я взволнованно сказал Нестереико; — Алексей Иванович, надо наносить упреждающий удар! Звони генералу Крюченкину и подавай команду на открытие огня. Но не успел телефонист вызвать к проводу комдива, как с восточной окраины Днканьки полыхнул огонь дивизиона капитана Худяка. Он увидел, что фашисты лавиной двинулись на наши позиции, и, не дождавшись разрешения, скомандовал: «Огонь!» За ним открыли огонь и другие дивизионы полка.
Сотрясалась земля, огневые позиции дивизионов окутались дымом. Когда ветер рассеял дым, мы увидели с ПП, что сотворил наш огневой налет. Враг уже не помышлял об атаке. Долго еще слышались взрывы горящих боеприпасов и горючего. Горели лес, машины, строения... А мы с Алексеем Ивановичем переживали тяжелые минуты, досадуя на самовольный залп. В конце дня приехал маршал С. К. Тимошенко, его сопровождали члены Военного совета ГМЧ фронта. Результаты залпов произвели такое впечатление, что командование фронта не вспомнило о нашем проступке. Ночью дивизион капитана Василевича произвел огневой налет по врагу в районе селения Стасевка. Залп наблюдал маршал Тимошенко. Ночная стрельба наших боевых машин была еще более эффектной.
|
