Получить информацию о поступлении
 
 
  На главную Карта сайта    
     

Оккупация немцев

 
 
 

За восемь дней оккупации немцы сильно укрепили Красную Поляну. Освобождали этот населенный пункт 331-я стрелковая дивизия под командованием генерала С. В. Кароля, только что прибывшая с Дальнего Вос¬тока, и 28-я стрелковая бригада полковника А. И. Гриценко. Бои шли упорные и кровопролитные. В ходе их советские воины совершили немало героических подви¬гов. Вот один из них.

Связист из дивизии Кароля   сержант  Новиков   со¬единял перебитый снарядом провод,  идущий  от штаба к наблюдательному пункту полка. Немцы открыли по нему огонь. Не успев еще срастить концы кабеля, от-важный связист, чтобы восстановить связь, сжал   их зубами и начал было разить врага из автомата.   Но вражеская пуля оборвала его жизнь. Храбрый воин погиб, но связь обеспечил. Так и нашли его 8 декабря с концами провода в зубах, когда вышвырнули врага из Красной Поляны. Перед бегством   немцы   успели поджечь текстильную фабрику, школу и клуб, но бое¬вую технику вывезти не смогли. Среди многочислен¬ных трофеев, захваченных нашими войсками,   оказа¬лась и 203-миллиметровая пушка, из которой гитлеров¬цы рассчитывали обстреливать Москву.
Успешно действовали в тот день и другие соедине¬ния 20-й армии: 31-я танковая бригада   полковника А. Г. Кравченко, ставшего впоследствии, как и другие участники Московской битвы — М. Е. Катуков, С. И. Бог-данов, Д. Д. Лелюшенко и П. А. Ротмистров, коман¬дующим танковой армией, и 64-я стрелковая бригада. Последняя была укомплектована моряками   Тихо¬океанского флота. Моряки — народ смелый. В бригаде было более пятисот коммунистов и около тысячи ком¬сомольцев. В связи с тем что моряки не имели доста¬точных знаний и опыта боевых действий на суше, во главе бригады поставили командира-пехотинца, воле¬вого офицера, коммуниста, полковника И. М. Чистяко¬ва. В предрассветной мгле комбриг посадил   моряков на танки. Сопровождаемая артиллерийским огнем тан¬ковая бригада с десантом неожиданно для противника ворвалась в расположение врага. Вслед за   танками в атаку ринулась вся бригада морской пехоты. Не об¬ращая внимания на сильный мороз и глубокий снеж¬ный покров, моряки сбросили с себя шинели и в одних бушлатах с криком «ура!» рванулись на штурм Белого Раста. Дерзкая по замыслу и исполнению атака увей-, чалась полным успехом. Враг был разгромлен, а жал¬кие остатки его частей спаслись бегством.

«Вечером,— вспоминает бывший начальник   штаба 20-й армии генерал-полковник Л. М. Сандалов,— мена визвал к телефону Б. М. Шапошников. Выслушав док-ллд об обстановке, он спросил:
Правда ли, что в Красной Поляне сдалось в плен сразу  11  немцев?
После моего утвердительного ответа он как бы про
себя заметил:
Начали сдаваться в плен   группами...   Раньше
лого  не  было».

Чтобы ускорить продвижение войск, в 20-й армии, как и в других объединениях фронта, по указанию Жу¬кова были созданы лыжные отряды. Одетые в полу¬шубки и маскировочные белые халаты, лыжники про¬никали в тыл противника и дерзкими налетами вноси¬ли панику в его войска. В бригаде Чистякова на лыжи было поставлено восемьсот человек.
В середине дня 10 декабря комбриг сообщил в штаб армии, что передовой отряд танковой бригады с десан¬том моряков и отряд лыжников перерезали Ленинград¬ское шоссе северо-западнее Солнечногорска. Примерно час спустя главные силы танковой бригады Кравченко, а вслед за ними стрелковая бригада П. К. Будыхина вышли к юго-западной и южной окраинам города. Од¬нако с ходу овладеть им они не смогли. Напряженные бои велись еще сутки. Лишь к утру 12-го были ликви-дированы последние очаги сопротивления.

В то время когда 20-я армия вела бои за Солнеч¬ногорск, ее сосед слева—16-я армия вела сражение на подступах к истринскому рубежу. Она начала контр¬наступление со штурма Крюкова. Здесь вели боевые действия части 8-й гвардейской стрелковой дивизии, 17-й стрелковой бригады и 44-й кавалерийской диви¬зии. Враг не хотел уходить из этого населенного пунк¬та и оказывал яростное сопротивление. Лишь после трехдневного ожесточенного боя, доходившего до руко¬пашных схваток, нашим войскам удалось овладеть этим укрепленным пунктом. Об упорстве боев говорит тот факт, что в районе Крюкова противник оставил шестьдесят танков, более ста автомашин, много ору¬жия и боеприпасов. В селе Каменка среди трофеев было два 300-миллиметровых орудия, предназначав¬шихся также для обстрела Москвы.
Освободив Крюково и Каменку, соединения Рокоссовского развили наступление на Истру. Обойти про¬тивника, чтобы отрезать ему пути отхода, из-за глубо¬кого снежного покрова было почти невозможно. «Так что гитлеровцам, пожалуй, нужно благодарить суро¬вую зиму,— справедливо замечает Рокоссовский,— ко¬торая способствовала их отходу из Москвы с меньши¬ми потерями, а не ссылаться на то, что морозы стали причиной их поражения».
Отступая, немцы делали все, чтобы затормозить продвижение наших частей. Они устраивали загражде¬ния на дорогах, устанавливали различного рода «сюр¬призы» вплоть до минирования трупов, сжигали насе¬ленные пункты, а в уцелевших домах ставили мины. Но ничто не могло остановить советских воинов.

При подходе к Истре, когда частям дивизии Бело-бородова пришлось продвигаться по лесу, несколько солдат было убито немецкими снайперами — «кукуш¬ками», примостившимися на развесистых соснах и елях. Чтобы не допустить новых жертв от снайперов, коман¬дование дивизии подобрало из сибиряков группу охот¬ников, одело их в белые маскхалаты и пустило впе¬реди наступающих войск для снятия «кукушек». 10 де¬кабря 9-я гвардейская дивизия завязала бои за Истру, которую недавно она обороняла. Враг успел укрепить этот старинный русский город. Его пришлось брать штурмом, продолжавшимся около суток. Немцы не по¬мышляли об уходе из города, а поэтому не успели увез¬ти не только награбленное имущество, но даже и свои документы. В освобождении Истры принимали участие 17-я танковая бригада и 18-я стрелковая дивизия полковника П. Н. Чернышева, прибывшая, как и 9-я гвардейская, с Дальнего Востока.
Успеху наступления 16-й армии способствовали ак¬тивные действия правофланговых соединений генерала Говорова. Прорвав оборонительные позиции войск фельдмаршала Клюге, они устремились вперед.
На левом крыле Западного фронта 6 декабря пере¬шли в контрнаступление стрелковые соединения 10-й ар¬мии генерала Ф. И. Голикова. Их ввели в сражение в районе'Михайлова. Городом после внезапного ночно¬го удара овладела 330-я стрелковая дивизия полковни¬ка Г. Д. Соколова. 322-я дивизия полковника П. И. Фи¬лимонова освободила в тот день Серебряные Пруды, Враг так поспешно удирал из этого города, что оставил боевое знамя и кассу одного из полков 29-й моторизо¬ванной дивизии. Части дивизии взяли в плен до полу¬сотни солдат и офицеров, захватили большое количест¬во трофеев. В последующие дни войска 10-й армии нанесли поражение соединениям Гудериана на рубе¬же реки Прони и, преследуя их остатки, освободили Епифань.
ъ
Не прекращали наступательных действий, начатых в конце ноября, кавалеристы Белова и танкисты Гет¬мана. Совершая марши ночью, в пургу и туманы, они окружали, уничтожали и выбивали немцев из населен¬ных пунктов. 7 декабря они заняли Мордвес. Враг отступал на Венев, дотла сжигая деревни.
В связи со стремительным продвижением корпуса Белова с севера и армии Голикова с востока Гуде-риан, во избежание окружения, решил отвести свои части из Венева. Преследуя противника, наши войска с ходу захватили Сталиногорск. Все дороги были зава¬лены подбитыми и без горючего брошенными танками, автомашинами, тягачами, мотоциклами, орудиями.
Используя благоприятно сложившуюся обстановку, 8 декабря перешла в наступление 50-я армия. Тесни¬мая войсками Белова, Болдина и Голикова танковая армия Гудериана, бросая боевую технику, отходила к Богородицку и Плавску. Началось изгнание врага с тульской земли.

Успешно развивали в эти дни наступление войска правого крыла Юго-Западного фронта. 9 декабря мар¬шал Тимошенко доложил Сталину о том, что в шесть часов утра ими освобожден город Елец. В ходе боев были окружены и разгромлены 45-я и 134-я пехотные дивизии.

45-я — это та самая дивизия, которая в начале вой¬ны около месяца штурмовала крепость Брест, оборо¬няемую немногочисленным гарнизоном. И вот через пять месяцев ее настигло возмездие. Довоевалась! Ре¬шающую роль в сокрушительном разгроме этого соеди¬нения сыграла 1-я гвардейская стрелковая дивизия ге¬нерала И. Н. Руссиянова.
К середине декабря центральный участок герман¬ского фронта от Калинина до Ельца был прорван. Люд¬ские и материальные потери были велики. Вражеские части, бросая оружие, уходили на запад. Гитлеровские солдаты думали о том, как бы спастись. Чтобы остано¬вить войска и залатать бреши, Бок просил помощи у Браухича. Но германское главное командование, за¬стигнутое врасплох таким поворотом событий, ничего не могло дать ему.

Получив первые, весьма неутешительные сообщения с фронта, немцы сильно приуныли. Фашистские запра¬вилы сочли необходимым «воодушевить» их назначе¬нием новых сроков окончания войны против Советско¬го Союза. С этой целью 11 декабря было проведено заседание рейхстага, на котором выступил рейхсканц¬лер Германии. Прежде всего он заявил, что СССР бу- . дет разгромлен будущим летом. Далее Гитлер пытал¬ся объяснить причины, почему Германия не одержала победу в сорок первом году. Немецким солдатам, по его словам, помешали большие расстояния и плохие климатические условия. Они, оказывается, рассчитыва¬ли на умеренную температуру, а их преследовали то жара, то холод. «Маршируя в бесконечных далях, му¬чаясь от жары и жажды, задерживаемые непроходимы¬ми от распутицы дорогами, остановленные от Белого до Черного моря ненастным климатом, зноем июля и августа, ноябрьскими и декабрьскими вьюгами... за¬мерзая во льдах и снегах,— разглагольствовал Гит¬лер,— они (немецкие солдаты.— В. А.) сражались... Приход зимы, естественно, задержит это движение. С приходом лета наступление продолжится».

Завравшись, Гитлер, противореча самому себе, от¬нес даже лето к весьма неблагоприятным временам года.
В этой демагогии было все, кроме главного — показа истинных причин катастрофического положения, в ко-торо?л оказалась немецкая армия на советско-герман¬ском фронте. А причиной этой был советский солдат, выстоявший в неимоверно трудной борьбе с коварным и жестоким противником и нашедший в себе силы по¬вернуть его  вспять.
12 декабря, когда «Фёлькишер беобахтер» опубли¬ковала речь лидера нацистов, диктор Московского ра¬дио Юрий Левитан передал сообщение Советского информационного бюро о провале немецкого плана окру^ жения и взятия Москвы. «6 декабря  1941 года,— говорилось в нем,— войска нашего Западного фронта, измотав противника в предшествующих боях, перешли в контрнаступление против его ударных фланговых группировок. В результате начатого наступления обе эти группировки разбиты и поспешно отходят, бросая технику, вооружение и неся огромные потери». Указы¬валось, что с 6 до 10 декабря наши войска захватили 386 танков, 4317 автомашин, свыше 400 орудий и ми¬нометов и большое количество другого вооружения и имущества. Враг потерял в эти дни свыше тридцати тысяч солдат и офицеров, 270 танков, 565 автомашин и более 200 орудий и минометов.

Коренной поворот в ходе военных событий, которого страстно ждал наш народ, напрягая все силы в ратном деле и труде, наконец наступил. Теперь уже несомнен¬но,— подчеркивало Совинформбюро, — что хвастли¬вый план захвата Москвы провалился с треском. Нем¬цы жалуются на зиму,— как бы в ответ на речь Гит¬лера в рейхстаге указывалось в сообщении,— и утвер¬ждают, что зима помешала им осуществить план за¬нятия Москвы... Жалобы на зиму означают, что немцы не позаботились снабдить свою армию теплым обмун¬дированием, хотя они на весь мир прокричали, что они уже давно готовы к зимней кампании. А не снабдили они свою армию зимним обмундированием потому, что надеялись кончить войну до наступления зимы. На¬дежды немцев, как видно, не оправдались. Здесь был допущен немцами серьезный и опасный просчет. Но просчет в немецких планах никак уж нельзя объяснить зимними условиями кампании».
Тот факт, что гитлеровский «блицкриг» сорвала Советская Армия, а не плохая погода, на которую се¬туют недобитые фашистские генералы, подтверждали тогда в своих письмах, дневниковых записях, брошенных при бегстве, немецкие солдаты и офицеры, испы¬тавшие на себе силу удара советских войск. «Относи¬тельно русских мы сильно просчитались,— писал своей жене унтер-офицер Георг Буркель 14 декабря.— Те, ко¬торые с нами воюют, не уступают нам ни в одном роде оружия, а в некоторых и превосходят нас». «Трудно сказать, какой род советского оружия лучше, все виды оружия бьют сильно, и пехота наступает напористо,— свидетельствует   ефрейтор   Густав   Вальтер.— Особенно метко бьет артиллерия. Я видел, как снаряды па¬дали от цели на 20 метров, но не больше. Чаще всего они попадают в цель. Почти невозможно бороться с тя¬желыми советскими танками. Большие потери мы нес¬ли от «катюш».

Рисуя картину бегства немцев, унтер-офицер 42-го отдельного противотанкового дивизиона Платцер запи¬сал в дневнике: «Спасайся, кто может! Разбитая, сме¬шавшаяся армия отступает. Люди растеряны. Потери огромны. Так, видимо, отступал со своей армией На¬полеон». Это сравнение требует лишь одного уточне¬ния. Масштабы и значимость бегства немцев в 1941 го¬ду из Подмосковья были гораздо большими, чем отступление французов в 1812 году.

А лейтенант 185-го полка 87-й пехотной дивизии на¬шел другое сравнение. «Какие потрясающие картины встают перед нами,— записал он 16 декабря в дневни¬ке.— Я думаю, что видел подобное только в походе на Запад при отступлении французских войск (лето 1940 го¬да.— В. А.). Разбитые машины, рассыпанные патроны. Во многих случаях поспешили их бросить... Город (Руза) переполнен обозами и частями всех дивизий, какие толь¬ко можно изобразить,— продолжает он на следующий день.— Эти группы и группки то и дело разбиваются и рассеиваются... Представляется невероятная картина. Совершенно опустившиеся фигуры бродят повсюду в непристойном виде, как бродяги, как последняя сво¬лочь».
Что правда, то правда! Так выглядело фашистское во¬инство в конце 1941 года, через шесть месяцев после на¬чала нападения на нашу Родину.
Мировая печать восторженно освещала события, про¬исходившие на советско-германском фронте. «Мы были удивлены русским сопротивлением,— писала 12 декабря газета «Вест Лонден обсервер»,— потому что мы не зна¬ли фактов, так как в течение последних двадцати лет наша пресса давала ложные представления о Рос¬сии».
В тот же день на страницах «Дейли телеграф» было опубликовано военное обозрение, сделанное самим Уин-стоном Черчиллем: «Шесть недель или месяц тому назад люди задавали себе вопрос, буду; ли взята Москва или Ленинград на севере, или скоро ли немцы займут Кавказ и нефтепромыслы Баку. ...С тех пор удивительная пе¬ремена стала очевидной. Теперь стала ясна огромная мощь русских армий... Его (Гитлера) армии везде оста-новлены. На большей части фронта он отступает, страда^ иия его войск невозможно описать, потери огромны... Упорное и неослабевающее сопротивление, с которыми русские солдаты и русский народ защищают каждую улицу, каждый дом, каждый вершок своей земли,— все это нанесло немецкой армии и немецкой нации такой урон, равного которому почти нет в истории войн».
Три дня спустя «Тайме» подчеркивала: «6 декабря Красная Армия дала особенное доказательство своей стойкости и выдержки,.начав после такого жестокого ис¬пытания наступление по всему Московскому фронту... Москва была высшим испытанием... Москва была со¬стязанием, и русские показали себя лучше, чем про¬тивник».
Английские и американские газеты указывали на тот факт, что оборонительный период для Советской Армии закончился и начался наступательный.
А в ставке Гитлера не могли понять, что же происхо¬дит на фронте и почему их войска вынуждены отходить. Германское командование считало, что в Советской Ар¬мии не было резервов и каких-либо сил, способных насту¬пать. Сообщение о крупном наступлении советских войск и бегстве «непобедимой» армии сначала воспринято бы¬ло гитлеровской кликой как что-то неправдоподобное н несерьезное. «События этого дня опять ужасающи и по¬стыдны,— записал 7 декабря в своем дневнике Галь-дер.— Самым ужасным является, однако, то, что верхов¬ное командование не понимает состояния наших войск и занимается «латанием дыр», в то время как делу может помочь только принятие принципиальных решений. Од¬ним из решений такого рода должно быть решение на отход войск группы армий «Центр» на рубеж Руза —• Ос¬ташков».
На следующий день Браухич направил Гальдера к Бо¬ку, чтобы обсудить с ним сложившуюся обстановку на месте.
 В результате беседы они пришли к выводу, что группа армий «Центр» ни на одном участке фронта не в состоянии сдержать крупное наступление. По возвра¬щении из Орши Гальдер записал в дневнике: «Если мы примем решение на отход, то мы потеряем при этом большое количество вооружения и материальной части. Но если противник начнет большое наступление, то послед¬ствия этого даже трудно сейчас предусмотреть».

Вот в какие условия поставила их Советская Армия переходом в контрнаступление. «Не успел Гитлер подумать о далеко идущих последствиях неудачного похода на Советский Союз,— вспоминает бывший начальник разведотдела германского генерального штаба Курт Типпельскирх,— как на немецкую армию, сражав¬шуюся с большим перенапряжением всех своих сил и не подготовленную морально и материально к ведению ма¬невренной войны в зимних условиях, обрушилось рус¬ское контрнаступление. Сила удара русских и размах это-го контрнаступления были таковы, что поколебали фронт на значительном протяжении... Немецким войскам грози¬ла судьба великой армии Наполеона»
.
...Прорвав оборону и нанеся сокрушительное пораже¬ние немецким группировкам северо-западнее и юго-за¬паднее Москвы, войска Западного фронта продолжали развивать контрнаступление. Армия Лелюшенко, преодо¬левая ожесточенное сопротивление частей 9-й армии и 3-й танковой группы, наступала севернее Клина. Об упор¬ном характере сражений говорит тот факт, что некоторые населенные пункты по нескольку раз переходили из рук в руки. В ходе этих боев было совершено немало герои¬ческих подвигов. Чтобы выполнить боевую задачу, умень¬шить потери своих боевых товарищей, некоторые совет¬ские воины, поистине герои-патриоты, сознательно шли на самопожертвование. При овладении селом Рябинки враг сильным огнем из огневой точки, прикрывавшей под-ступы к нему, вынудил залечь одно из подразделений 185-й стрелковой дивизии. Тогда сержант В. В. Василь-ковский по-пластунски подобрался к огневой точке и пы¬тался забросать дымовыми гранатами, чтобы ослепить на время вражеский гарнизон, пока поднимутся в атаку наши бойцы. К сожалению, его тяжело ранило, и осле¬пить дымовой завесой огневую точку он уже не мог. Тог¬да, собравшись с силами и превозмогая боль, он подполз к амбразуре и закрыл ее телом. Ценою жизни он обеспе¬чил продвижение подразделения. Орден Ленина был по¬смертной наградой герою.

Несколько позже такой же подвиг совершил командир взвода 1174-го полка 348-й стрелковой дивизии младшийлейтенант Н. С. Шевляков в бою у деревни Ново-Кобе-,лево. Взводу Шевлякова была поставлена задача овла¬деть дзотом и обеспечить продвижение других подразде¬лений дивизии. Под покровом темноты взвод занял ис¬ходную позицию и по сигналу командира устремился з атаку. Враг заметил воинов и открыл ураганный огонь. Взвод залег. Шевляков направил двух бойцов блокиро-вать огневую точку. Но вскоре выяснилось, что один из них был, убит, а второй — тяжело ране!). Тогда коман¬дир сам пополз к дзоту и бросил в его амбразуру две связки гранат. Огонь умолк. Шевляков снова поднял бой' цов в атаку. Но вдруг один из вражеских пулеметов ожил. Кроме пистолета у младшего лейтенанта не оста¬лось уже никакого оружия. И тогда он стремительно бросился к огневой точке и закрыл амбразуру своей гру¬дью. Боевая задача была выполнена. Населенный пункт, носящий ныне имя героя — Шевляково, освобожден от фашистских оккупантов. За этот мужественный подвиг Николай Степанович Шевляков посмертно был удосто¬ен звания Героя Советского Союза.

Левофланговые соединения 30-й армии еще к исходу 13 декабря подошли к Клину с севера. А танковые брига¬ды П. А. Ротмистрова и А. Л. Лесового вышли к этому времени в тыл клинской группировке. На следующий день с ними соединились передовые части армии Кузне¬цова, наступавшие с юго-востока. Клинская группировка была окружена.
Во избежание излишних потерь, Ставка Верховного Главнокомандования дала указание командующему фронтом о направлении во вражеский стан парламенте¬ров с предложением сдать город без боя. Заметим, что это был первый в годы Великой Отечественной войны случай предъявления Советским командованием ульти¬матума врагу о капитуляции. Военный совет 1-й ударной армии возложил эту миссию на командира 29-й стрелко-вой бригады полковника М. Е. Ерохина. Он назначил парламентером владеющего немецким языком помощни¬ка командира роты лейтенанта В. Р. Берга. В сопровож¬дении сержанта Д. С. Лямина и рядового Е. Н. Разводов-ского он направился к коменданту города Клина. Тот принял нашего парламентера и дал письменный ответ об отклонении ультиматума.

Начался штурм города. 15 декабря части 30-й и 1-й ударной армий, наступавшие с севера и юга, ворвались в центр. После напряженных уличных боев город был очищен от противника. Лишь жалким остаткам удалось избежать уничтожения.
Клин пострадал очень сильно. В городе было много разрушенных домов. Но он все-таки существовал. Совет¬ские солдаты спасли его. Удар был настолько стремите¬лен и неожидан, что немцы бежали, не успев сделать то, что сделали с Истрой — сжечь город дотла. Но и то, что они совершили, было чудовищно. Стадо диких животных не могло бы так загадить знаменитый Дом-музей вели¬кого русского композитора Петра Ильича Чайковского, как это сделали фашистские варвары. Они топили печь его нотами и книгами, сорвали со стен портреты Моцарта и Бетховена, затоптали их грязью и забросали пищевы¬ми отходами. Гитлеровцы разбили бюсты Чайковско¬го, Пушкина, Горького, Шаляпина. Обезобразили все, а перед бегством вывезли фортепьяно, многие другие вещи и даже кухонную посуду.
Ро-гачевское шоссе, по которому он ехал, на протяжении десяти-пятнадцати километров было завалено немецкой техникой, вооружением, различным тряпьем и трупами гитлеровцев настолько, что министру и сопровождавшим его корреспондентам английских газет пришлось идти большую часть пути пешком. Попадавшиеся навстречу многочисленные группы пленных, которым он задавал вопросы, отвечали кратко и лаконично: «Гитлер капут!»

По прибытии в дымящийся еще после жарких боев город, Иден был встречен представителями  30-й  и   1-й ударной армий. По указанию начальника Генерального штаба маршала Б. М. Шапошникова беседу с ним вел начальник штаба 1-й ударной армии генерал Н. Д. Зах-ватаев. Высокий гость прежде всего выразил восхищение действиями советских войск.
После осмотра города в честь прибывших был дан обед. Присутствовавший на нем начальник политотдела 1-й ударной армии генерал Ф. Я. Лисицын вспоминает: «Англичане задавали самые разные вопросы, зачастую совершенно не относящиеся к разгрому гитлеровцев под Клином. Их интересовали события русско-японской вой¬ны, отдельные операции первой мировой войны. Они сло¬вно прощупывали русских генералов и вынуждены были убедиться в их прекрасной эрудиции.
Чтобы задержать наши войска на истринском рубеже, немцы подорвали дамбу водохранилища. Уровень воды в реке поднялся до четырех метров. Хлынувшая вода об¬разовала мощное препятствие, преодолеть которое было очень трудно. И тем не менее воины дивизии Белобородо-ва в жгучий мороз на надувных лодках и подручных сред¬ствах форсировали бурлящий поток. Многим из них при¬шлось принять ледяную ванну.
И как всегда в самые трудные минуты, кроме хлад¬нокров
но и решительно управлявшего переправой комди¬ва, вместе с воинами у водной преграды находился вы¬сокий, стройный, храбрый человек, способный, не теряя самообладания, быстро оценить самую сложную обста¬новку, принять разумное решение, твердо, без нервозно¬сти проводить его в жизнь. Это был командарм Рокоссов¬ский. На его глазах гвардейцы форсировали водный ру¬беж, заняли плацдарм и обратили противника в бегство. Большую помощь пехоте оказали артиллерия и авиация. Командарм подтянул сюда значительное количество огневых средств, чтобы облегчить действия стрелковых частей. В целях повышения темпов наступления, по указанию командующего фронтом, К. К. Рокоссовский создал две подвижные группы, которые обходили истрин¬ский рубеж с севера и юга. Северную группу под коман¬дованием Ремизова, как отмечалось выше, Жуков подчи¬нил 20-й армии. Группа Катукова, основу которой состав-ляла 1-я гвардейская танковая бригада, стремительно обходила истринскую группировку с юга.

В селе Ново-Петровском ее танковые подразделения остановились перед подорванным мостом через Истру. В поисках брода танкисты подходили к одному, как ка¬залось им, удобному для преодоления реки участку. В это время они увидели бежавших им наперерез женщину и мальчика. Они кричали: «Стойте, там мины!» Танкисты вышли из машин.Где же лучше перебраться на ту сторону реки? — спросил женщину комиссар Я. Я. Комлов.
Лучше вон там, 'у моего дома. Там речка уже,— ответила она.
Дом стоял в центре ложбины, через которую танки могли бы выйти на шоссе. Но там были крутые берега. Чтобы переправить танки, нужно было построить хотя бы простейший мост. Для этого требовались бревна, кото-рых поблизости не имелось. Услышав разговор танкис¬тов, женщина сказала:
Бревна есть, разбирайте мой дом.

С этими словами она побежала за топором. Ее пыта¬лись отговорить, но она первой взялась за дело. Через не¬которое время мост был готов и первый танк вступил па него. Впереди танка бежал тот самый мальчик, который показывал путь. Во время переправы один из танков по¬пал на мину. Осколком ее мальчик был ранен.
...И вот спустя двадцать три года Я. Я- Комлов ра¬зыскал ту женщину и ее сына, ставшего мужчиной,— Александру Григорьевну и Петра Ивановича Кузнецовых. 23 сентября 1965 года оба они были награждены ордена¬ми Отечественной войны I степени. Людям с большим сердцем народ построил добротный новый дом. На ново¬селье к ним приехали те, кто в декабре 1941 года прошел здесь с боями. Маршал бронетанковых войск М. Е. Кату¬ков вручил славным патриотам Родины ключи от дома, на одной из стен которого сделана надпись: «Александре Григорьевне и Петру Ивановичу Кузнецовым за подвиг, совершенный в годы Великой   Отечественной   войны».

Многие патриоты Родины, временно оказавшиеся на оккупированной врагом территории, оказывали помощь своим освободителям, гнавшим оборванных и обовшивев¬ших захватчиков на запад. А освободители напрягали все силы, чтобы как можно скорее вызволить советских людей из фашистской неволи и спасти от разрушения со¬зданные их трудом материальные ценности.

14 декабря войска 50-й армии освободили Ясную По¬ляну и спасли ценнейший памятник русской и мировой культуры, гордость нашего народа — усадьбу-музей Льва Николаевича Толстого. Об этом факте генерал Болдин немедленно сообщил по телефону начальнику Генераль-ного штаба. В ответ услышал взволнованный голос Бо¬риса Михайловича:
 Спасибо за приятную весть. Передайте благодар¬ность всем, кто спасал Ясную Поляну.
Гитлеровцы причинили большой ущерб Ясной Поля¬не. Многое было обезображено. Но героическими усилия¬ми местного населения и сотрудников музея удалось спа¬сти драгоценнейшие реликвии, связанные с именем ве¬ликого русского писателя.

Гоня ненавистного врага, воины 50-й армии 17 декаб¬ря заняли Щекино и Алексин. С этого времени героичес¬кая Тула стала фронтовым тылом. 10-я армия, прорвав оборону на рубеже верхнего течения реки Дон, устреми-лась к Плавску. На стыке армий Болдина и Голикова быстро продвигались"на юго-запад кавалеристы Белова и танкисты Гетмана. 15 декабря они овладели городом
Узловая.
В тот день возвратился из поездки в группу армий «Центр» фельдмаршал Браухич. Он на месте убедился в катастрофическом состоянии немецких войск, спасающих¬ся бегством. После встречи с ним Гальдер записал в днев¬нике: «Главнокомандующий выглядит очень удрученным. Он не видит больше никаких путей, которые могли бы вывести армию  из  тяжелого  положения.  Настроение войск явно подавленное»... В Германии царило уныние. О блистательных победах Советской Армии в эти дни много и справедливо говорилось на Западе. Главы союз¬ных держав направляли Сталину одно поздравление за другим. «Невозможно описать то чувство облегчения, с которым я каждый день узнаю о Ваших замечательных победах на русском фронте,— писал  16 декабря Чер¬чилль.— Я никогда еще не чувствовал себя столь уверен¬ным в исходе войны».

Небезынтересно заметить, что глава английского пра¬вительства выразил уверенность в исходе второй миро¬вой войны в тот момент, когда немецкие войска были раз¬громлены под Москвой,  а  второй агрессор — Япония — только что напал на американскую военно-морскую базу Пёрл-Харбор. Послание Сталину Черчилль как раз и на¬писал в пути, следуя в Вашингтон, чтобы обсудить с Руз¬вельтом планы совместных действий в связи  с началом боев на Тихом океане. Характерно, что и в информации, подготовленной для Рузвельта, он подчеркнул, что «в на¬стоящий момент фактом первостепенной важности в ходе войны является провал планов Гитлера и его потери в России». В тот день Сталин получил послание и от Руз¬вельта. «Я хочу еще  раз,— телеграфировал  он,— сообщить Вам о всеобщем подлинном энтузиазме в Соединен¬ных Штатах по поводу успехов Ваших армий в защите Вашей великой нации». И как бы развивая мысль своего президента, вашингтонская газета «Стар» писала 16 де¬кабря: «Успехи СССР, достигнутые в борьбе с гитлеров¬ской Германией, имеют большое значение не только для Москвы и всего русского народа, но и для Вашингтона, для будущего Соединенных Штатов. История воздаст русским должное за то, что они не только приостановили молниеносную войну, но и сумели обратить противника з бегство». Результатами действий советских войск восхи¬щались военные корреспонденты английских и американ¬ских газет, аккредитованные в Москве. «Вместе с милли¬онами британских граждан во всех частях земного шара я отдаю дань глубокого уважения русским армиям и рус¬скому народу,— писал 19 декабря обозреватель англий¬ской газеты «Ньюс кроникл» Каммингс.— Они показали всем нациям, как воевать с «непобедимым» врагом. За¬хват ими инициативы будет одним из величайших собы¬тий в русской истории.
Еще более яркую и объективную оценку событиям на советско-германском фронте дала английская «Тайме» 22 декабря. «Не будет преувеличением сказать,— ука¬зывала газета,— что успехи, достигнутые русскими ар¬миями на всем протяжении их огромного фронта, явля¬ются крупной победой, тем более значительной, что она достигнута армиями, которые в течение шести месяцев выдерживали натиск небывалого ожесточения самой мо-гущественной военной машины из всех, когда-либо соз¬данных «завоевателями мира». Эта победа была до¬стигнута благодаря искусству и выдержке русского вер¬ховного командования, стоическому героизму русского солдата и самоотверженности русского народа. Битва на Восточном фронте является стержнем всей войны. В ко¬нечном счете все зависит от нее. Если военная сила Гер¬мании будет сломлена в России, то раньше или позже по¬ложение на других фронтах может быть восстановлено».

Это хорошо понимали и руководители третьего рей¬ха. Оправившись от шока, Гитлер решил действовать твердо и настойчиво. 16 декабря он вызвал в «волчье ло¬гово» Кейтеля, Геринга, Браухича, Иодля, Гальдера и заявил им, что ни о каком отходе на Восточном фронте не может быть и речи. Он сказал, что в сражение надо вводить свежие дивизии. Для доставки их с запада Ге¬рингу было приказано срочно выделить транспортную авиацию. Одновременно он потребовал усилить пере¬броску войск железнодорожным транспортом.

Подкрепления для фронта должны были поступить за счет маршевых батальонов, спешно готовившихся в Гер¬мании, и дивизий, несших оккупационную службу в стра¬нах Западной Европы. «В самой Германии,— указал Гит¬лер,— должны быть мобилизованы все силы, способные строить, нести охранную службу или участвовать в боях и не занятые в жизненно важных отраслях производства. Их следует обеспечить на месте зимним обмундировани¬ем и подготовить к отправке».
Итак, в связи с провалом молниеносной войны против СССР фашистская клика была вынуждена проводить то¬тальную мобилизацию всех сил и средств.

На основе отданных Гитлером распоряжений Кейтель и йодль подготовили директиву, которая в тот же день была подписана верховным. Группе армий «Север» при¬казывалось не отступать больше ни на шаг и тем самым продолжать осуществление блокады Ленинграда. Груп¬пам армий «Центр» и «Юг» также не разрешалось отхо¬дить на тыловые рубежи.
На основе директивы верховного главнокомандования генеральный штаб сухопутных войск 18 декабря напра¬вил группе армий «Центр» специально разработанные ' для нее указания. В документе говорилось: «Фюрер от¬дал приказ: недопустимо никакое значительное отступле¬ние, так как оно приведет к полной потере оружия и ма¬териальной части. Командующие армиями, командиры соединений и все офицеры своим личным примером долж¬ны заставить войска с фанатическим упорством оборопять занимаемые позиции, не обращая внимания на противника, прорывающегося на флангах и в тыл наших войск. Только такой метод ведения боевых действий по¬зволит выиграть время, которое необходимо, чтобы пере¬бросить с родины и с Запада подкрепления, о чем мною уже отдан приказ».

Но никакие приказы и указания Гитлера и его гене¬ралов не могли уже изменить ход военных действий. Со^ ветские войска продолжали громить вражеские части и гнать их остатки на запад. Не видя выхода из создавше-гося положения, фельдмаршал Бок «заболел». На этом его служба в группе армий «Центр»! и закончилась.

Окружение Гитлера искало как козлов отпущения, так и сильные личности, способные справиться с создав¬шимся положением и изменить неблагоприятное разви¬тие событий. Геринг, пользовавшийся особым доверием у Гитлера, обрушил гневна Браухича и Гальдера. Он за¬явил фюреру, что в военном отношении — это слабые го¬ловы. «В значительной мере вследствие их нераспоряди¬тельности и отсутствия должной требовательности,— ска¬зал рейхсмаршал,— немецкой армии не удалось овладеть -Ленинградом, Москвой и Кавказом».

Гитлер согласился с ним. 19 декабря он пригласил Браухича. Беседа между ними с глазу на глаз продол¬жалась около двух часов. По окончании ее Браухич, со¬вершенно поникший, потрясенный, зашел к Кейтелю и упавшим прерывистым голосом произнес:

Я еду домой, он дал мне отставку.
Что же теперь будет? — спросил Кейтель.
Я не знаю, спросите его самого.

Через несколько часов в штабы групп армий был на¬правлен приказ об отставке фельдмаршала Браухича с поста главнокомандующего сухопутными войсками. Объявлялось, что обязанности главнокомандующего фю¬рер взял на себя. Отстранение Браухича недвусмыслен¬но указывало на одного из основных «виновников» про¬вала «блицкрига».
В роли главнокомандующего Гитлер сразу же продик¬товал сохранившему пока свой пост Гальдеру программу действий на Восточном фронте. 20 декабря его указания были переданы войскам: «Держаться и бороться до по¬следнего. Ни одного шага назад не делать добровольно. Все имеющиеся на родине и на Западе соединения перебросить на Восток». Гитлер потребовал беспощадно от¬бирать зимнюю одежду у местных жителей и военноплен¬ных, а все оставляемые при отходе населенные пункты сжигать.

Но никакие жестокости и варварские методы ведения войны не могли остановить советских воинов. Наоборот, они взывали к отмщению и скорейшему изгнанию врага.
Фронт контрнаступления ширился. С 18 декабря в не¬го активно включились войска центрального участка За¬падного фронта: 5-я армия генерала Л. А. Говорова, ра> нее наступавшая лишь правым флангом, 33-я армия гене¬рала М. Г. Ефремова, 43-я армия генерала К. Д. Голубе-ва, 49-я армия генерала И. Г. Захаркина.
Чтобы избежать полного развала фронта группы армий «Центр», германское командование вводило в бой тыловые части. Доставлявшиеся из Германии маршевые батальоны и дивизии, несшие оккупационную службу, с ходу вступали в сражение. В тылу принимались поли¬цейские меры против дезертиров и подразделений, оста¬вивших фронт без разрешения командования. Ежедневно заседали полевые суды, выносившие суровые приговоры. Такого в немецкой армии еще не бывало.
Продвигаясь на запад, наши воины видели сожжен¬ные и разрушенные города и села, уничтоженные куль¬турные ценности, памятники старины. С содроганием смотрели они на виселицы, свидетельствовавшие о звер¬ских расправах гитлеровцев с мирным населением. Охва¬тившие их гнев и ненависть умножали наступательный порыв.

В целях скорейшего разгрома врага и очищения со¬ветской земли от фашистской нечисти на пути отхода немцев направлялись кавалерийские соединения, лыжные батальоны и высаживались в тыл воздушно-десантные войска. Весьма успешно действовал во вражеском тылу 2-й гвардейский кавалерийский корпус, усиленный тан¬ковой бригадой и дивизионом «катюш». Его Жуков ввел в прорыв с целью выхода в тыл истринской группировке противника в полосе 5-й армии в ночь с 13 на 14 декабря. Низкая облачность, снегопад и темнота прикрыли конни¬цу и танки и с земли, и с воздуха. Что же касается ар¬тиллерии, то она была поставлена на сани, полозья и лыжи.
Прорвагшись в тыл 4-й танковой группы, кавалеристы при поддержке танков и артиллерии дерзкими и стреми¬тельными маневрами ставили отходящего противника Б тяжелое положение. Враг бросал тяжелую боевую тех¬нику и бежал. Дороги были забиты горящими танками, развороченными орудиями, автомашинами и повозками. Всюду трупы немецких солдат и офицеров, брошенные на дорогах раненые.

19 декабря корпус Доватора вышел на шоссе Волоко¬ламск— Можайск, тянущееся вдоль реки Рузы. 3-я и 4-я кавалерийские дивизии только что разбили прикрывав¬шие его вражеские части. Холодный, пронизывающий ве¬тер наметал сугробы у разбитых танков, автомашин, по¬возок и орудий, закрывая снежным покровом и фашист¬ских завоевателей.
Штаб корпуса продвигался в голове 20-й кавалерий¬ской дивизии подполковника М. П. Тавлиева, находив¬шейся во втором эшелоне. Выйдя к реке, Доватор заме¬тил в районе села Дьяково движение пехоты и артилле¬рии противника.


Опера мини бесплатно на русском-скачать драйвер hp laserjet p2035 ссылка.

Захват Москвы Личные потери в бою Достижения в ходе операции Смертью храбрых Судьба сражения Командование корпусоп Карта сайта Новости Памяти неизвестным героям войны Подготовка к 9 мая! 

 
 
 
 

Проводится набор на дистанционные курсы повышения квалификации 'Информатизация образовательного процесса. Электронное обучение' Приглашаются преподаватели и сотрудники образовательных учреждений
подробнее   >>>
 

ИНСТИТУТ МЕНЕДЖМЕНТА, ЭКОНОМИКИ И ИННОВАЦИЙ проводит набор студентов на 2014-2015 учебный год
подробнее   >>>
 


все новости...

 
 
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
     
  Нападение Германии  
  Приказ главного команлования  
  Командующий фронтом  
  Обстановка на юго-западном фронте  
     
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
   
 
login
password